 |
Он может изгнать друзей истины, но истина превозможет; он может унизить художника, но искусства подделать он не в состоянии...
Сам он тоже стал пятиться назад, держа лук наготове. Они подождали немного, пока с другого склона насыпи не послышался треск ломаемых кустов, – зверь прошел...
- Просто вы завидуете, фыркнул Уилли. - Вам самому она приглянулась, да ничего у вас не выходит. - Не выходит, потому что у меня нет такой рубашки, как у тебя, вот и все...
Промпоставка: специи пряности, сушеный укроп, перец красный, черный, молотый.
Вы сможете выбрать подходящую кофемашину Saeco на нашем сайте Coffeemag.net
Agent.ru - авиакомпания Аэрофлот.
Другие книги автора:
«Selected Songs (translated by Ilya Shambat)»
Марк Цыбульский. Высоцкий в космосе
Марк Цыбульский (США)
(Copyright © 2002-2006)
Высоцкий в космосе
"Ну, это уже перебор! – воскликнет читатель. – В космосе Высоцкий уж точно не был".
Не был, конечно, спорить не приходится. И всё-таки, на мой взгляд, название статьи имеет право на существование, потому что, как это ни странно, Высоцкий чувствовал космос...
Интерес к космосу у Высоцкого проявился ещё в молодости. Сперва даже не на уровне размышлений о нём (это придёт позднее), а на уровне фантазии: что бы, дескать, было, если бы он оказался в отряде космонавтов?
Любителям известен устный рассказ Высоцкого, записанный в гостях у А.Синявского, приблизительно, в 1965 году. Не поймёшь сразу, говорил ли Высоцкий "на одном вдохновеньи", или это был, что называется, отрепетированный экспромт.
Для незнакомых с текстом скажем, что речь в рассказе идёт о том, что Высоцкий "расслабляется" в ресторане ВТО, когда туда приходят Гагарин и Титов.
"Мне Юра Гагарин и говорит: "Вовка! Что ты, сука, влачишь нищенское существование?! Давай, – говорит, – мы тебя возьмём в космонавты. Ты подходишь по весу, по габаритам, ты в ракете совершенно спокойно будешь себя чувствовать..."
"Мы сейчас прямо едем на ипподром, то есть, в смысле, на космодром, и ты тут же моментально проходишь испытания. Ты будишь садиться в центрифигу, потом – в бардакамеру. Ну, везде будешь проходить испытания. Давай, – говорит, – сейчас едем"".*1
Любопытно, однако, что сквозь ёрнический тон рассказчика, всё время повторяющего: "А во мне шестьсот-то сидит!", проскакивает определённое знание предмета. Откуда оно взялось? Откуда Высоцкий мог знать про "центрифигу"?
Оказывается, знал. Причём, знал из собственного опыта. Вспоминает хорошо знавший Высоцкого бывший сотрудник НИИ авиационной и космической медицины А.Утыльев:
"Мы демонстрировали ему стенды, описывали тренировки, а у него всё откладывалось в сознании.
Помню, году в 1965-м пришёл он вместе с другими артистами на один из наших праздников. По-моему, дело было зимой – значит, за три-четыре дня до Нового года. Выпили по рюмочке. И Высоцкий уговорил показать ему центрифугу – давно хотел пощупать своими руками.
Аппарат являлся засекреченным, на ночь был опломбирован. Но мы с нашим общим товарищем Олегом Газенко и механиком Витей Коротченко, рискуя, по меньшей мере, работой, всё это преодолели. Провели туда Володю, Толю Васильева и Бориса Хмельницкого. Впечатлений у них появилось хоть отбавляй.
...Мы включили её (центрифугу, – М.Ц.), раскрутили – зрелище отчаянное: огромная махина вращается с дикой скоростью в зале – не уследить".*2
Таким образом, некоторое знание реалий подготовки космонавтов к полётам у Высоцкого было. Прибавим к этому и личное знакомство с космонавтами. Упомянутый выше А.Утыльев вспоминает об общении Высоцкого с Б.Волыновым, Г.Шониным, В.Севастьяновым, Г.Титовым и даже с космонавтом номер один – Ю.Гагариным.
Параллельно с узнаванием правды о космосе от тех, кто там был, шло общение с писателями-фантастами – братьями А.и Б.Стругацкими, А.Громовой, С.Лемом.
"С Аркадием Стругацким я познакомилась в 1966 году, когда Володя был в Свантетии, – вспоминала Л.Абрамова, – а когда Володя вернулся, и ему был сделан этот драгоценный подарок.
Взаимное впечатление было, конечно, потрясающим. Особенно потому, что Володя ещё в Тбилиси написал "В далёком созвездии Тау-Кита" и "Марш космических негодяев". И этими песнями он поверг Стругацкого в состояние неимоверного восторга".*3
Сам Высоцкий говорил на концертах, что эти песни написаны под влиянием чтения фантастики. Но, видимо, не только...
"Вы мне не поверите и просто не поймёте,
В космосе страшней, чем даже в Дантовском аду..."
Почему в космосе страшно? Откуда это? Из книг? Нет – из разговоров с тем, кто первым из землян узнал космос.
Л.Кочарян (крайний слева), Э.Абалов (крайний справа) и Ю.Гагарин –
участники новогодней телепередачи "Голубой огонёк" (1965).
Фото из архива Инны Кочарян.
"Снимался один из первых "Голубых огоньков" (режиссёры Левон Кочарян и Эдуард Абалов), в котором, наряду с популярными артистами, снимался Юрий Гагарин, – рассказывал друг Высоцкого А.Утевский. – Я как раз был в гостях у Кочарянов, когда после этих съёмок Лёва и Эдик привезли... Гагарина! Там же со мной был Артур Макаров, а вскоре подъехал и Володя...
Володя спросил Гагарина: "Как там?" Он ответил: "Страшно"".*4
Вот откуда взялась первая строка "Марша космических негодяев"! Кстати, не исключено, что первые наброски её были записаны непосредственно после беседы с Гагариным.
"Просидели мы долго. Потом – матрасы на пол и вповалку всем спать, – продолжает А.Утевский. – А утром я услышал некое подобие "разборки" между Инной и Володей, из которой можно было понять, что Володя что-то потерял. Оказалось, что он сочинил песню и записал её на какой-то салфетке. А хозяйка дома убирала со стола, и весь мусор складывала в пакет – по всей видимости, туда же попала и салфетка".*5
А.Утевский полагает, что та песня безвозвратно пропала, но текста он не видел. Нельзя, конечно, утверждать наверняка, но в качестве гипотезы, думается, вполне возможно предположить, что в ту ночь Высоцкий начал именно "Марш космических негодяев".
Тут, повторяю, можно спорить, зато другое утверждение А.Утевского опровергается фактами. "В те годы Москву собирался посетить известный писатель-фантаст Станислав Лем, и перед приездом он сказал, что в Москве он обязательно должен увидеть трёх человек: братьев Стругацких и Высоцкого – человека, который так тонко чувствует космос".*6
Получается так, что С.Лем встречался с Высоцким не ранее конца 1966 года. О том, что они действительно встречались, рассказывала Л.Абрамова: "Володя был приглашён на встречу с Лемом у Ариадны Григорьевны (Громовой, – М.Ц.). Я думаю, это было в первой половине октября 1965 года. На этой встрече Володя пел для Станислава Лема и для всех, кто был на этом вечере".*7
В датировке этого события ошибаются оба мемуариста. Точная дата знакомства Высоцкого с Лемом указана самим фантастом. Неразборчивая надпись по-польски на книге С.Лема "Bajki robotow" (Krakow, 1964) оканчивается словами: "Володе. Март 1965 г.". Эта книга хранится в библиотеке Высоцкого в его последней московской квартире. Таким образом, первая (и, судя по всему, единственная) встреча Лема с Высоцким произошла до написания последним песен на "космическую" тему, так что польский писатель попросту не мог знать, тонко или нет чувствовал Высоцкий космос.
Конечно, не в одном чувстве было дело. В середине 1960-х гг. космическую фантастику Высоцкий воспринимал почти как реальность. Как вспоминала Л.Абрамова в цитировавшемся выше интервью, Высоцкий в "тарелки" верил, а пришельцев ждал. (Это уже потом, предваряя исполнение песни "Письмо в редакцию телевизионной передачи "Очевидное – невероятное" из сумасшедшего дома", он иронически говорил, что летающих тарелок расплодилось великое множество, так что многие их видели, а некоторые даже в них летали). Однажды они с Абрамовой в зимнюю оттепель увидели что-то летящее по небу и гадали: "тарелка" это или нет. Оказалось, что раскачивался фонарь на подъёмном кране возле строящегося дома...
Впрочем, к возможным встречам с пришельцами Высоцкий, если можно так сказать, готовился – читал и фантастику, и, судя по всему, серьёзную литературу.
"В далёком созвездии Тау Кита..." – кто не знает эту песню?! И при этом только интересующимся астрономией известно, что Тау Кита действительно существует. Правда, это не созвездие, а звезда – Тау из созвездия Кита. (Пока не прочитал, мне никогда и в голову не приходило, что это название звучит вполне "по-астрономически" – как, скажем, Альфа Центавра или Бета Кассиопеи).
Итак, Тау Кита. В сознании слушателей прочно отложились слова из песни Высоцкого "таукитайская братия". Считается, что здесь содержится намёк на ситуацию в Китае, где "таукитайская братия свихнулась по нашим понятиям". Вероятно, так оно и есть, но мне кажется, – не только это...
Как известно, астрология в Советском Союзе не поощрялась, а запретный плод всегда сладок, особенно для жадного до новой информации молодого человека, каким был Высоцкий. Не исключаю, что про созвездие Кита он мог прочитать в книгах не только по астрономии, но и по астрологии.
Астрологи считают, что зодиакальные созвездия Овена и Тельца своё пространство в гороскопе делят с созвездием Кита, которое находится в так называемой "зоне Левиафана" – зоне вырождения. "Это место искушения, болото, зыбучие пески. В них проваливаются люди, которые проявляют нетерпение, не выносят спокойствие, жаждут изменить мировой порядок".*8
К астрологии можно относиться по-разному, но факт остаётся фактом: под созвездием Кита родились Ленин, Гитлер, Робеспьер, Саддам Хуссейн, Чингисхан, Пугачёв, Разин и множество других весьма несимпатичных личностей. Так что нельзя исключить, что Тау Кита была выбрана Высоцким не только из-за возможности легко сочинять каламбуры на "китайскую" тему.
В те же дни, что и "Песня про Тау Кита", и "Марш космических негодяев" была написана ещё одна песня на ту же тему – "Каждому хочется малость погреться...". Песня, конечно, шуточная, но, кажется, и в ней есть то, что сам Высоцкий называл вторым дном. Похоже, автор, искренне веривший, по словам Л.Абрамовой, в существование пришельцев, грустит о том, что контакты между посланцами иных цивилизаций и первобытными людьми оказались настолько непродуктивными, что с тех пор пришельцы решили облетать Землю стороной...
В следующем, 1967-м, году Высоцкий вновь возвращается к теме внеземного разума. Песня "Наши предки – люди тёмные и грубые" в конечном варианте оказалась невнятной. Так, собственно, и осталось непонятно, что же автор хотел сказать.
На помощь приходят черновики:
Это изошутка фоторепортёрской банды,
Это просто утка буржуазной пропаганды!
Все кругом смеются – всяк с уверенностью знает:
Никаких там блюдцев и тарелок не бывает!*9
Тем не менее, в окончательный текст эта строфа не попала. Похоже, автор, начиная склоняться к мнению, что "блюдцев и тарелок не бывает", к окончательному решению на тот момент ещё не пришёл.
В дальнейшем тема "летающих тарелок" в творчестве Высоцкого возникла лишь однажды (песня "Письмо в редакцию..."). Там уже ясно видно, что повзрослевший автор более ни в какие космические чудеса не верит, чего и желает своим слушателям.
К теме космоса (реального, а не фантастического) Высоцкий, тем не менее, не остыл, а напротив, заинтересовался глубоко. В начале 1970-х гг. им был написан сценарий "Как-то так всё вышло...", речь в котором идёт об испытании космических скафандров.
Это уже не поэзия, тут чувства мало, нужно знание предмета. "...Мы встречались при посредничестве сотрудника Института авиационной и космической медицины Джона Гридунова, – вспоминает бывший директор НИИ медико-биологических проблем О.Газенко. – Он хорошо знал Высоцкого и в данном случае выполнил его просьбу: организовал встречу для делового разговора по космической тематике... Мера интереса Высоцкого была столь велика, что мы не отвлекались ни на посторонние темы, ни на выпивку или чаепитие...".*10
Вспоминает Д.Гридунов: "Задумал Володя делать фильм, где было бы минут 20 – он так и говорил, по минутам, – вкраплена космическая тема. И очень интересовался:
– Джон, расскажи то, расскажи это...
Я рассказывал, как космонавты готовятся к полётам, какие перегрузки выдерживают. А мы, испытатели, – ещё более высокие...
Потом Володя говорит:
– Джон, литература мне нужна.
Принёс ему много литературы космической. И что мне понравилось – вот он смотрит:
– Так... ага... Это – нет, эта тема у американцев лучше освещается, – и откладывает.
То есть, он не только нашу, он и американскую литературу перечитал!"*11
Нельзя, конечно, сбросить со счётов некоторую "беллетризированность" воспоминаний (по-английски Высоцкий не читал, разве что переводы ему давали), но в любом случае ясно: к работе над сценарием Высоцкий подходил очень серьёзно. Тем не менее, – как это случалось со многими другими его начинаниями, – сценарий, в конечном итоге, был отвергнут.
Полученные знания Высоцкий использовал при написании ныне знаменитого, многократно опубликованного, хоть и неоконченного стихотворения, посвящённого Ю.Гагарину. Вот тогда, в 1972 году, уже можно было точно сказать, что Высоцкий чувствовал и понимал космос! Говорит космонавт Г.Гречко:
""Поэму о космонавтах" мне впервые показала Наталья Крымова. Я был потрясён! Там всё правда. Мне казалось, что сделать это невозможно, не побывав в космосе... А Высоцкий всё понял... Я трижды летал, но даже в прозе, даже приблизительно не смог бы это так выразить".*12
Ещё одно стихотворение ("Я б тоже согласился на полёт...") на "космическую" тему было написано, вероятно, 30 июня 1971 года, в день гибели экипажа советского космического корабля "Союз-11" Г.Добровольского, В.Волкова и В.Пацаева. На мой взгляд, стихотворение более запоминается искренними чувствами, чем художественным мастерством. Оно считается завершённым, но, скорее, производит впечатление наброска. Больше к этому тексту Высоцкий не вернулся, а после 1972 года и к теме космоса не обращался.
В космосе Высоцкий не был, но на советских орбитальных станциях долго звучал его голос. Как известно, экипажи, отправляющиеся в длительные полёты, подбирают себе музыку, которая помогает им снимать стресс. Естественно, каждый экипаж выбирал разную музыку и лишь в одном исполнителе сходились все – плёнка с записями песен Владимира Высоцкого не покидала станцию "Салют-6" несколько лет, начиная с декабря 1977 года. Обложку от этой кассеты космонавты подарили Высоцкому, а сама кассета осталась работать в космосе. (Сейчас она находится на хранении в ГКЦМ Высоцкого в Москве).
Обложка компакт-диска, на котором воспроизведена
обложка побывавшей в космосе кассеты с песнями Высоцкого.
Рассказывает Г.Гречко: "Перед полётом космонавтов обычно спрашивают, какие магнитофонные записи хотели бы взять с собой на орбиту. Мы с Юрой Романенко, не задумываясь, ответили – песни Владимира Высоцкого. Нам достали кассету. Не думал, что у неё будет не совсем обычная судьба...
Перед возвращением на Землю у нас с Юрием Романенко появилась мысль вернуть из космоса кассету и подарить Высоцкому в знак благодарности за поддержку.
Я взял кассету, вынул из неё суперобложку, поставил штамп станции. Вместе с Юрой мы написали ему слова благодарности, расписались и уже хотели положить кассету в мешочек для спуска на Землю, но одна мысль нас остановила. Песни Высоцкого поддерживали нас, а вскоре на станцию прилетят наши товарищи. Они будут в космосе дольше, и у них будет более трудная задача. Почему мы лишаем их поддержки? И тогда мы кассету вынули, а на Землю спустили лишь коробочку с суперобложкой".*13
Между орбитами Марса и Юпитера находится астероид, внесённый в международный каталог под номером 2374. Открыла его в 1974 г. астроном Крымской астрофизической обсерватории Л.Журавлёва, которая использовала своё право первооткрывателя и дала астероиду имя – Владвысоцкий. 28 января 1983 года название утверждено Международным планетным центром. Владимир Высоцкий навсегда остался в космосе...
Источник www.v-vysotsky.narod.ru
Тем временем:
... Вовсе ребята свинью измучили, и такой дед чудак, ничего не замечает, весь в свои старые годы ушел. Но Рыбка от своего не отступается, садится верхом на свинью. В это время Антошка Комар, тот, что первый ехал поначалу в Москву а потом оказался самый последний, взял и устроил скверную штуку Комар и был во всем виноват. У свиней как бывает с хвостами муха сядет, и то она сейчас же хвостик спрячет между окороками. А Комар взял да и надел Матрешке на хвостик берестяную трубочку и сам изо всей силы потянул за кончик Матрешка со всех ног бросилась бежать и как почувствовала на хвосте трубочку, то и думала, что боль от нее, и как только добежала до реки против самого глубокого омута – бух в омут и вместе с Рыбкою. И скрылась. – Бух! – в воду. – Ах! – пастухи. И только круги на тихой воде да по кругам плавает берестяная трубочка. Дед Михей лапти плетет, ничего не видит, ничего не слышит, весь в свои старые годы ушел. Онемели ребята от страху, стоят и не шевельнутся, и только во все глаза смотрят на страшное место, где плавает берестяная трубочка. Вдруг из воды пузыри и целый фонтан, потом пятачок нарыльный свиной, уши, на ушах руки, спина, и на спине Рыбка. Взвизгнули от радости все пастухи. Думали, вот как только свинья до берега доплывет, Рыбка непременно на сухом месте соскочит. Но вода Матрешке только силы подбавила из воды она как выскочила, прямо в лес. Рыбка не успела соскочить и вместе с Матрешкой исчезла в лесу. Наш лес, говорят, на сто верст раскинулся, но кто говорит на сто – до ста и считать только может. Куда больше наш лес, и в лесу этом зверья всякого видимо невидимо волк, медведь, рысь, всякая всячина. В этот лес и увезла Матрешка маленькую Рыбку. Скрылась девочка в темном лесу, и в это время дед Михей поднимает, наконец, от лаптей свою старую седую голову. Глянул дед да так и обмер все деревенские свиньи на его же полосе картошку копают, с полдесятины овцы положили овса, кони от слепней в рожь забрались – высокая рожь, только головы конские видны. Старый бросился к пастухам, а те же стоят себе кучкой и все в лес смотрят за реку. Оторопел дед: – Что же, ай вы стеклянные? Дед Михей показал на коней во ржи, на свиней в картошке...
