 |
Околь бурыги, посыпаясь белой пылью, валялся черно-рыжий пестун. По спине пробежала радостью волнующая дрожь, коленки опустились и задели за валежник...
Он сидел или, лучше сказать, полулежал на медвежьей шкуре, небрежно опираясь рукою на руль, а рулевой, который п..
>остановились нарты, на которых вот так же неподвижно сидел человек; мимо него взад и вперед сновали прохожие, и все думали, что человек просто отдыхает, а потом, когда его тро..
Компания Стройбаза - сухой пол, супер пол, профиль маячковый, качество KNAUF.
ООО Селигер.Ру - путевки на отдых на Селигере для Вас.
Компания Интерсид открывала начальные курсы английского языка для детей и взрослых.
Смотрите также:
Никита Высоцкий. Долгое узнавание отца
Марлена Зимна, Марк Цыбульский. Высоцкий в Словакии
Из воспоминаний Вадима Туманова
Симпозиум каменной скульптуры на темы песен Высоцкого
Марк Цыбульский. Памяти Высоцкого
Поэтический нерв нашей эпохи (Владимир Семенович Высоцкий)
Бытовые товары: кофемашины De Longhi от КофеГраунд.
«1961 год» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 4) Также вы можете получить: |
Тем временем:
... Значит, в той стороне, откуда был ветер, кто то работал над сухим деревом. Я пошел на ветер по этой белой дорожке опилок и скоро увидел, что это две самые маленькие синицы, гайки, – сизые, с черными полосками на белых пухленьких щечках, – работали носами по сухому дереву и добывали себе насекомых в гнилой древесине. Работа шла так бойко, что птички на моих глазах все глубже и глубже уходили в дерево. Я терпеливо смотрел на них в бинокль, пока, наконец, от одной гаечки на виду остался лишь хвостик. Тогда я тихонечко заплел с другой стороны, подкрался и то место, где торчит хвостик, покрыл ладонью. Птичка в дупле не сделала ни одного движения и сразу как будто умерла. Я принял ладонь, потрогал пальцем хвостик – лежит, не шевелится; погладил пальцем вдоль спинки – лежит, как убитая. А другая гаечка сидела на ветке в двух трех шагах и попискивала. Можно было догадаться, что она убеждала подругу лежать как можно смирнее. «Ты, – говорила она, – лежи и молчи, а я буду около него пищать; он погонится за мной, я полечу, и ты тогда не зевай». Я не стал мучить птичку, отошел в сторону и наблюдал, что будет дальше. Мне пришлось стоять довольно долго, потому что свободная гайка видела меня и предупреждала пленную: – Лучше полежи немного, а то он тут, недалеко, стоит и смотрит. Так я очень долго стоял, пока, наконец, свободная гайка не пропищала совсем особенным голосом, как я догадываюсь: – Вылезай, ничего не поделаешь, стоит. Хвост исчез. Показалась головка с черной полоской на щеке. Пискнула: – Где же он? – Вон стоит, – пискнула другая...
