 |
- Помнишь - спросил он сам себя, глядя на сырую землю. - Помнишь истории о последнем человеке на Земле О людях, одиноко блуждающих ..
Он должен стоять так (частенько в окопах пехоты), чтобы каждый звук от противника слышал раньше любого из крайних постов и - по выбору..
. Что я, с ума сошел? Подожди, может, это ты со мной не хочешь?.. Тогда в чем дело?.. Ну вот еще, нашел чем шутить... Голова-то, да (держится за голову), естественно...
Смотрите также:
Марк Цыбульский. Хроника 1972 года
Из воспоминаний Вадима Туманова
Марк Цыбульский. Высоцкий в космосе
Марлена Зимна, Марк Цыбульский. Высоцкий в Словакии
Марк Цыбульский. Памяти Высоцкого
Разные лица Владимира Высоцкого
«Так оставьте ненужные споры!..» (поэзия)
Владимир Высоцкий — биограф времени
Вы читаете «1972 год», страница 5 (прочитано 14%)
Я прекрасно выглядел, сидя на слоне,
Ездил я по Индии - сказочной стране, -
Ах, где мы только вместе не скитались!
И в тесноте отлично уживались.
И бывало, шли мы петь под чей-нибудь балкон, -
Дамы так и прыгали из спален...
Надо вам сказать, что этот белый слон
Был необычайно музыкален.
Карту мира видели вы наверняка -
Знаете, что в Индии тоже есть река, -
Мой слон и я питались соком манго,
И как-то потерялись в дебрях Ганга.
Я метался по реке, забыв покой и сон,
Безвозвратно подорвал здоровье...
А потом сказали мне: "Твой белый слон
Встретил стадо белое слоновье..."
Долго был в обиде я, только - вот те на! -
Мне владыка Индии вновь прислал слона:
В виде украшения на трости -
Белый слон, но из слоновой кости.
Говорят, что семь слонов иметь - хороший тон, -
На шкафу, как средство от напастей...
Пусть гуляет лучше в белом стаде белый слон -
Пусть он лучше не приносит счастья!
1972
Честь шахматной короны
I. Подготовка
Я кричал: "Вы что там, обалдели? -
Уронили шахматный престиж!"
Мне сказали в нашем спортотделе:
"Ага, прекрасно - ты и защитишь!
Но учти, что Фишер очень ярок, -
Даже спит с доскою - сила в ем,
Он играет чисто, без помарок..."
Ничего, я тоже не подарок, -
У меня в запасе - ход конем.
Ох вы мускулы стальные,
Пальцы цепкие мои!
Эх, резные, расписные
Деревянные ладьи!
Друг мой, футболист, учил: "Не бойся, -
Он к таким партнерам не привык.
За тылы и центр не беспокойся,
А играй по краю - напрямик!.."
Я налег на бег, на стометровки,
В бане вес согнал, отлично сплю,
Были по хоккею тренировки...
В общем, после этой подготовки -
Я его без мата задавлю!
Ох, вы сильные ладони,
Мышцы крепкие спины!
Эх вы кони мои, кони,
Ох вы милые слоны!
"Не спеши и, главное, не горбись, -
Так боксер беседовал со мной, -
В ближний бой не лезь, работай в корпус,
Помни, что коронный твой - прямой".
Честь короны шахматной - на карте, -
Он от пораженья не уйдет:
Мы сыграли с Талем десять партий -
В преферанс, в очко и на биллиарде, -
Таль сказал: "Такой не подведет!"
Ох, рельеф мускулатуры!
Дельтовидные - сильны!
Что мне его легкие фигуры,
Эти кони да слоны!
И в буфете, для других закрытом,
Повар успокоил: "Не робей!
Ты с таким прекрасным аппетитом -
Враз проглотишь всех его коней!
Ты присядь перед дорогой дальней -
И бери с питанием рюкзак.
На двоих готовь пирог пасхальный:
Этот Шифер - хоть и гениальный, -
А небось покушать не дурак!"
Ох мы - крепкие орешки!
Мы корону - привезем!
Спать ложусь я - вроде пешки,
Просыпаюся - ферзем!
II.
Тем временем:
...
За т.Богоявленского - Преображенский.
И я полагаю - Кшесинский".
Коротков вышел от кассира, широко и глупо улыбаясь. В руках у него было
4 больших желтых пачки, 5 маленьких зеленых, а в карманах 13 синих коробок
спичек. У себя в комнате, прислушиваясь к гулу изумленных голосов в
канцелярии, он упаковал спички в два огромных листа сегодняшней газеты и,
не сказавшись никому, отбыл со службы домой. У подъезда Спимата он чуть не
попал под автомобиль, в котором кто-то подъехал, но кто именно, Коротков
не разглядел.
Прибыв домой, он выложил спички на стол и, отойдя, полюбовался на них.
Глупая улыбка не сходила с его лица. Затем Коротков взъерошил белокурые
волосы и сказал самому себе:
- Ну-с, унывать тут долго нечего. Постараемся их продать.
Он постучался, к соседке своей, Александре Федоровне, служащей в
Губвинскладе.
- Войдите, - глухо отозвалось в комнате.
Коротков вошел и-изумился. Преждевременно вернувшаяся со службы
Александра Федоровна в пальто и шапочке сидела на корточках на полу. Перед
нею стоял строй бутылок с пробками из газетной бумаги, наполненных
жидкостью густого красного цвета. Лицо у Александры Федоровны было
заплакано.
- 46, - сказала она и повернулась к Короткову.
- Это чернила?.. Здравствуйте, Александра Федоровна, - вымолвил
пораженный Коротков.
- Церковное вино, - всхлипнув, ответила соседка.
- Как, и вам? - ахнул Коротков.
- И вам церковное? - изумилась Александра Федоровна.
- Нам - спички, - угасшим голосом ответил Коротков и закрутил пуговицу
на пиджаке.
- Да ведь они же не горят! - вскричала Александра Федоровна, поднимаясь
и отряхивая юбку.
- Как это так, не горят? - испугался Коротков и бросился к себе в
комнату. Там, не теряя ни минуты, он схватил коробку, с треском распечатал
ее и чиркнул спичкой. Она с шипеньем вспыхнула зеленоватым огнем,
переломилась и погасла. Коротков, задохнувшись от едкого серного запаха,
болезненно закашлялся и зажег вторую. Та выстрелила, и два огня брызнули
от нее. Первый попал в оконное стекло, а второй - в левый глаз товарища
Короткова...
