 |
напротив, - в чулан для стирки и мытья посуды; входная дверь, с тяжелым замком, щеколдой и громоздким деревянным засовом, расположена в передней стене, между окном, которое находитс..
И сновиденьем, волшебною сказкою Кажется ночь, - и смущен Ночи июльской тревожною ласкою Сладкий предутренний сон...
нности испытав безмерность блаженства, в силу этой безмерности захотел большего, и сила жажды создала двойственность, единое стало двойным, цельное - множественным, одно стало д..
Смотрите также:
Марк Цыбульский. Голос Высоцкого
Симпозиум каменной скульптуры на темы песен Высоцкого
Из воспоминаний Вадима Туманова
Марк Цыбульский. Хроника 1972 года
Михаил Анчаров. Из магнитофонных записей 1984-1989 гг
Тема совести в произведениях русской литературы (В.С.Высоцкий. Стихи и песни).
Совесть эпохи (Феномен Владимира Высоцкого)
Вы читаете «1974 год», страница 11 (прочитано 43%)
Частушки к свадьбе
Не сгрызть меня -
Невеста я!
Эх, жизнь моя
Интересная!
Кружи-ворожи,
Кто стесняется?
Подол придержи -
Подымается!
И в девках мне
Было весело,
А все ж любовь
Перевесила!
Кружи-ворожи,
Кто стесняется?
Подол придержи -
Подымается!
Сноха лиха
Да и кума лихая
Учат жить меня,
А я сама такая!
Кружи-ворожи,
Кто стесняется?
Подол придержи -
Подымается!
1974
5. Студенческая песня
Кто старше нас на четверть века, тот
Уже постиг и близости и дали,
Им повезло - и кровь, и дым, и пот
Они понюхали, хлебнули, повидали,
Прошли через бригаду или взвод.
И ехали в теплушках - не в тепле,
На стройки, на фронты и на рабфаки.
Они ходили в люди по земле
И в штыковые жесткие атаки.
То время эшелонное прошло -
В плацкартах едем, травим анекдоты...
Мы не ходили - шашки наголо,
В отчаяньи не падали на доты!
И все-таки традиция живет:
Взяты не все вершины и преграды -
Не потому ли летом каждый год
Идем в студенческие наши стройотряды
И сверх программы мы сдаем зачет.
Песок в глазах, в одежде и в зубах -
Мы против ветра держим путь на тракте,
На дивногорских Каменных Столбах
Хребты себе ломаем и характер.
Мы гнемся в три погибели - ну, что ж,
Такой уж ветер... Только, друг, ты знаешь -
Зато ничем нас после не согнешь,
Зато нас на равнине не сломаешь!
1974
6. Субботник
Гули-гули-гуленьки,
Девоньки-девуленьки!
Вы оставьте мне на память
В сердце загогулинки.
Не гляди, что я сердит:
По тебе же сохну-то!
Я не с фронта инвалид,
Я - любовью трехнутый.
Выходите к Ванечке,
Манечки-мотанечки!
Что стоите, как старушки, -
Божьи одуванчики?
Милый мой - каменотес,
Сильный он да ласковый,
Он мне с Англии привез
Лифчик пенопластовый.
Здеся мода отстает.
Вот у нас в Австралии,
Очень в моде в этот год
В три обхвата талии.
Уж не знаю я, как тут,
А, к примеру, в Дании
Девок в ЗАГСы волокут
При втором свидании.
Я не знаю, как у вас,
А у нас во Франции
Замуж можно в десять раз -
Все без регистрации.
Ох! Табань, табань, табань,
А то в берег врежемся.
Не вставай в такую рань,
Давай еще понежимся!
Без ушка - иголочка,
Оля! Олька, Олечка,
Поднеси-ка инвалиду
Столько, да полстолечка.
На пути, на перепутьи
Молодуху сватал дед,
Сперва думали, что шутит,
Оказалося, что нет.
Мой миленок все допил
Дочиста и допьяна,
Потому и наступил
В мире кризис топливный.
Тем временем:
...»
Le comte, depuis son entree au salon, n'avait pas perdu de vue le jeune
homme, il avait admire l'assurance de son regard et la surete de sa
voix; mais a ces mots si naturels: _Votre pere est en effet ici et vous
cherche_, le jeune Andrea fit un bond et s'ecria:
«Mon pere! mon pere ici?
—Sans doute, repondit Monte-Cristo, votre pere, le major Bartolomeo
Cavalcanti.»
L'impression de terreur repandue sur les traits du jeune homme s'effaca
presque aussitot.
«Ah! oui, c'est vrai, dit-il, le major Bartolomeo Cavalcanti. Et vous
dites, monsieur le comte, qu'il est ici, ce cher pere.
—Oui, monsieur. J'ajouterai meme que je le quitte a l'instant, que
l'histoire qu'il m'a contee de ce fils cheri, perdu autrefois, m'a fort
touche; en verite, ses douleurs, ses craintes, ses esperances a ce sujet
composeraient un poeme attendrissant. Enfin il recut un jour des
nouvelles qui lui annoncaient que les ravisseurs de son fils offraient
de le rendre, ou d'indiquer ou il etait, moyennant une somme assez
forte. Mais rien ne retint ce bon pere; cette somme fut envoyee a la
frontiere du Piemont, avec un passeport tout vise pour l'Italie. Vous
etiez dans le Midi de la France, je crois?
—Oui, monsieur, repondit Andrea d'un air assez embarrasse; oui, j'etais
dans le Midi de la France.
—Une voiture devait vous attendre a Nice?
—C'est bien cela, monsieur; elle m'a conduit de Nice a Genes, de Genes
a Turin, de Turin a Chambery, de Chambery a Pont-de-Beauvoisin, et de
Pont-de-Beauvoisin a Paris.
—A merveille! il esperait toujours vous rencontrer en chemin, car
c'etait la route qu'il suivait lui-meme; voila pourquoi votre itineraire
avait ete trace ainsi.
—Mais, dit Andrea, s'il m'eut rencontre, ce cher pere, je doute qu'il
m'eut reconnu; je suis quelque peu change depuis que je l'ai perdu de
vue...
