 |
Его мост, грубый и некрасивый, как первобытный грех, но «пукка» — прочный настолько, что останется стоять и тогда, когда исчезнет память даже о фермах «системы Финдлейсона»...
>ужасов чуть ли не полстолетия не как русская, а как весьма приверженная своему очагу цивилизованная немецкая дама, чей домашний уклад отнюдь не так сильно отличался от домаш..
Она не стала открывать глаза. «Я не сплю», — тихо сказала она. Какой сюрприз, облегчение, что можешь говорить, жить. — Алиса, — сказал кто то, взяв её усталые руки...
Смотрите также:
Марк Цыбульский. Хроника 1972 года
Алексей Ляхов, Михаил Ляхов. Нерв Владимира Высоцкого
Марлена Зимна, Марк Цыбульский. Высоцкий в Словакии
Из воспоминаний Вадима Туманова
Никита Высоцкий. Долгое узнавание отца
Разные лица Владимира Высоцкого
Совесть эпохи (Феномен Владимира Высоцкого)
Вы читаете «1980 год», страница 1 (прочитано 0%)
«1961 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1962 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1963 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1965 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1966 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1967 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1968 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1969 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1970 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1972 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1973 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1974 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1975 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1976 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1977 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1978 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«1979 год», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Владимир Высоцкий. 1980 год
Гимн бузовиков
из телефильма "Наше призвание"
Из класса в класс мы вверх пойдем как по ступеням,
И самым главным будет здесь рабочий класс.
И первым долгом мы, естественно, отменим
Эксплуатацию учителями нас.
Да здравствует новая школа!
Учитель уронит, а ты подними!
Здесь дети обоего пола
Огромными станут людьми.
Мы строим школу, чтобы грызть науку дерзко.
Мы все разрушим изнутри и оживим,
Мы серость выбелим и выскоблим до блеска,
Все теневое мы прикроем световым.
Так взрасти же нам школу, строитель! -
Для душ наших детских теплицу, парник.
Где учатся - все, где учитель
Сам в чем-то еще ученик.
1980
Песни для кинофильма
"Зеленый фургон"
1. {Песня Сашки Червня}
Под деньгами на кону -
Как взгляну - слюну сглотну! -
Жизнь моя, и не смекну.
Для чего играю,
Просто ставить по рублю
Надоело - не люблю:
Проиграю - пропылю
На коне по раю.
Проскачу в канун Великого поста
Не по вражескому - ангельскому - стану
Пред очами удивленного Христа
Предстану.
Воля в глотку льется
Сладко натощак -
Хорошо живется
Тому, кто весельчак,
А веселее пьется
На тугой карман -
Хорошо живется
Тому, кто атаман!
В кровь ли губы окуну
Или вдруг шагну к окну,
Из окна в асфальт нырну -
Ангел крылья сложит,
Пожалеет на лету -
Прыг со мною в темноту,
Клумбу мягкую в цвету
Под меня подложит...
Проскачу в канун Великого поста
Не по вражескому - ангельскому - стану
Пред очами удивленного Христа
Предстану.
Воля в глотку льется
Сладко натощак -
Хорошо живется
Тому, кто весельчак,
А веселее пьется
На тугой карман -
Хорошо живется
Тому, кто атаман!
Кубок полон, по вину
Крови пятна - ну и ну! -
Не идут они ко дну -
Струсишь или выпьешь!
Только-только пригубил, -
Вмиг все те, кого сгубил,
Подняли, что было сил,
Шухер или хипеш.
Проскачу в канун Великого поста
Не по вражескому - ангельскому - стану
Пред очами удивленного Христа
Предстану.
Воля в глотку льется
Сладко натощак -
Хорошо живется
Тому, кто весельчак,
А веселее пьется
На тугой карман -
Хорошо живется
Тому, кто атаман!
1980
2.
Тем временем:
... Единственный убираю за собой...
Я хотел выявить конкретное лицо, распорядившееся моей
судьбой. Обнаружить реальный первоисточник моей неудачи.
-- А вам приходилось каяться?
-- Еще бы. Сколько угодно. Это мое обычное состояние.
На первой же стадии внушал молодому автору:
-- Старик, это безнадежно! Не пойдет...
-- Но ведь печатаете же бог знает что!..
Да, мы печатали бог знает что! Не мог же я увольняться из-за
каждого бездарного рассказа, появлявшегося в "Костре"!..
Потом им дают на рецензию современного автора. Да еще и не
вполне официального. И тогда наши критики закатывают рукава.
Мобилизуют весь свой талант, весь ум, всю обьективность. И с этой
вершины голодными ястребами кидаются на добычу.
Им скомандовали -- можно!
Им разрешили показать весь свой ум, весь талант, всю меру
безопасной обьекривности.
[ЛД: цф.Разин]
Урбан написал справедливую рецензию. Написал ее так, будто моя
книга уже вышла. И лежит на прилавке. И вокруг лежат еще более
замечательне сочинения, на которе я должен равняться.
То есть Урбан написал рецензию как страстный борец за вечне
истины.
[...]
Урбан страшно оживился:
-- Знаете, интересная рукопись побуждает к высоким требованиям.
А бездарная -- наоборот...
Ясно, думаю. Бездарная рукопись побуждает к низким требованиям.
В силу этих требований ее надо одобрить, издать. Интересная --
побуждае к высоким требованиям. С высоты этих требований ее
надлежит уничтожить.
На досуге я пытался уяснить, кто же имеет реальне шансы
опубликоваться. Выявил семь категорий:
1. Знаменитый автор, видный литературный чиновник, само имя которого
является пропуском. (Шансы -- сто процентов).
2. Рядовой официальный профессионал, личный друг Сахарнова.
(Шансы -- семь из десяти).
3. Чиновник параллельного ведомства, с которым необходимо жить
дружно. (Пять из десяти).
4. Неизвесный автор, чудом создавший произведение, одновременно
талантливое и конььюнктурное. (Четыре из десяти).
5. Неизвестный автор, создавший бездарное конььюнктурное
произведение (Три из десяти).
6. Прост талантливый автор...
