 |
Выразим нашу мысль точнее и скажем, что третий, казалось, даже и не слушал: все внимание его было поглощено другим - он, не отрываясь, смотрел в сторону Венсена...
Колония опустела. Григорий Борисович вынес стул на крыльцо. На коленях он держал пишущую машинку. И вдруг он заметил мальчика. В полном одиночестве тот сидел на бревне...
Мне кажется достаточно очевидным, что Саддам ведет свой рассказ, подобно Шехерезаде, которая каждую ночь рассказывала своему повелителю новую историю...
Смотрите также:
Никита Высоцкий. Долгое узнавание отца
Алексей Ляхов, Михаил Ляхов. Нерв Владимира Высоцкого
Михаил Анчаров. Из магнитофонных записей 1984-1989 гг
Марк Цыбульский. Голос Высоцкого
Марк Цыбульский. Хроника 1972 года
«Счастье есть дело судьбы, ума и характера» Н.М.Карамзин. (В.С. Высоцкий. Стихи и песни.)
«Так оставьте ненужные споры!..» (поэзия)
Чем мне близка поэзия В. Высоцкого
«От жизни никогда не устаю...» (анализ стихотворения «Я не люблю»)
Вы читаете «Венские каникулы», страница 11 (прочитано 18%)
- А они, как никто, нуждаются в добрых словах и утешении. А
кто может лучше утешить, как не хорошенькая девушка? Вы меня понимаете,
фройлен?
- Не бросайте меня, герр Глаук,- глаза медсестры распахнулись от
ужаса.- Умоляю вас, не оставляйте меня...
- Ну, иди, чего встал? - рявкнул Владимир, и рука его сжала приклад
автомата.
Старик ушел неспешной походкой и, даже глядя на его спину, можно было
понять, что он каждую секунду ждет выстрела. Медсестра смотрела ему вслед,
глаза ее были полны слез. Негромко хлопнула дверь. Слышно было, как на улице
глухо заработал мотор и машина отъехала.
Владимир поднялся, бросил на стол автомат и, подойдя, грубовато обнял
девушку:
- Она вся дрожит,- он усмехнулся.- Ты что, боишься нас?
- Нет, господа...-дрожащим голосом отвечала медсестра.- Я уверена, что
вы... добрые, порядочные люди...
Владимир хрипло засмеялся. Улыбался Жерар. Молча, кажется, без всякого
выражения смотрел на них Вахтанг.
- Ты права, мы самые порядочные люди на свете. Мы два года ишачили на
твою проклятую великую Германию... И по приказу герра коменданта нас всех
перестреляли, даже забыв сказать спасибо! Как тебе это нравится, киса?
Девушка дрожала и не могла вымолвить ни слова, только глаза были полны
слез.
- Ты должна отблагодарить нас, девочка,- Владимир еще сильнее прижал ее
к себе.- Ты меня слышишь?
- Да, да... конечно, господа...- губы ее нервно кривились. Вахтанг
нахмурился, глядя на нее. А Владимир жадно поцеловал ее в губы, подмигнул
Жерару:
- Кто первый, Жерар?
- Они? - Жерар кивнул в сторону Вахтанга, потом в сторону Даниэля.- Они
больные, им нужна женская ласка! Пошли! - он взял девушку за руку, вытянув
ее из объятий Владимира, и повел за собой через всю гостиную. Следом за ним
направился Владимир...
Жерар распахнул ванную, зажег свет. Блестел голубоватый кафель, на
полочках, перед старинным зеркалом,- множество флаконов с духами, кремами и
мазями.
Ого, тут и "Коти", и "Шанель"! - весело воскликнул Жерар, нюхая
флаконы. Потом он откупорил один флакон, другой и стал выливать содержимое в
ванну. Сильный аромат духов распространился по всей ванной. Владимир
зажмурился, потряс головой:
- После таких благоуханий хочется понюхать кусочек дерьма!
- Ты мало нанюхался его а лагере? - весело спросил Жерар.- Прошу,
мадемуазель! Такие ванны готовят только королевам!
Расширившимися от страха глазами девушка смотрела на ванну, тихо
покачала головой:
- Нет, нет... я не хочу...- она попятилась назад и натолкнулась на
Владимира, умоляюще взглянула на него.- Пощадите, господа, у меня есть...
жених...
- Наверное, служит в СС? - спросил с издевкой Владимир.
- Нет, что вы! Он инвалид... он потерял ногу.
Тем временем:
...
Если оставить в стороне гений Данте и Вергилия, мы вполне сможем
сравнить себя с ними, ибо ворота, что ведут в усыпальницу аббатства
Сен-Дени и вот-вот распахнутся перед нами, во многом подобны вратам ада: и
над ними могла бы стоять та же самая надпись. Так что, будь в руках у нас
факел Данте, а проводником нашим Вергилий, нам недолго пришлось бы бродить
среди гробниц трех царствующих родов, погребенных в склепах старинного
аббатства, чтобы найти могилу убийцы, чье преступление было бы столь же
отвратительно, сколь преступление архиепископа Руджиери, или могилу жертвы,
чья судьба так же плачевна, как судьба узника Пизанской башни.
Есть на этом обширном кладбище, в нише слева, скромная гробница, возле
которой я всегда в задумчивости склоняю голову. На ее черном мраморе рядом
друг с другом высечены два изваяния - мужчины и женщины. Вот уже четыре
столетия они покоятся здесь, молитвенно сложив руки: мужчина вопрошает
всевышнего, чем он его разгневал, а женщина молит прощения за свою измену.
Изваяния эти - статуи безумца и его неверной супруги; целых два десятилетия
умопомешательство одного и любовные страсти другой служили во Франции
причиной кровавых раздоров, и не случайно на соединившем их смертном ложе
вслед за словами: "Здесь покоятся король Карл VI, Благословенный, и
королева Изабелла Баварская, его супруга" - та же рука начертала:
"Помолитесь за них".
Здесь, в Сен-Дени, мы и начнем листать темную летопись этого
удивительного царствования, которое, по словам поэта, "прошло под знаком
двух загадочных призраков - старика и пастушки" - и оставило в наследство
потомкам лишь карточную игру, этот насмешливый и горький символ вечной
шаткости империй и удела человеческого.
В этой книге читатель найдет немного светлых, радостных страниц, зато
слишком многие будут нести на себе красные следы крови и черные - смерти.
Ибо богу угодно было, чтобы все на свете окрашивалось в эти цвета, так что
он даже превратил их в самый символ человеческой жизни, сделав ее девизом
слова: "Невинность, страсти и смерть"...
